Родительский день

Родительский день

   — На этом месте бои шли в Великую Отечественную страшные, народу много полегло. Прямо за моим боксом — воронка от снаряда. До сих пор видно ее, а лет-то уже сколько прошло…
— Да… недаром наш город — герой. Дядь Сереж, так что  у тебя стряслось- то? Зачем меня сюда позвал?
— Проблема у меня возникла — по твоей части. Вот, смотри — это мой бокс. Снимаю его недорого, место отличное. Работай — не хочу. А ничего не получается.
— Это почему же не получается?
— Улыбаешься? А мне вот, Милка, не до смеха. Люди от меня разбегаются, боятся. Здесь явно кто-то есть. Я сам лично не раз шаги в боксе слышал, двери иногда сами — собою открываются. Работники говорили,  голоса  какие-то по ночам с улицы доносятся.
— Хорошо, посмотрю, кто у тебя здесь завелся . Давай мне ключ и погуляй часика два.
— Договорились. Если что, звони. Я недалеко буду — обещал Васильевичу помочь стеллажи передвинуть в  гараже.
    Миланын дядя — невысокий грузный мужчина шестидесяти лет отроду, подал ей ключ и пошел к своей старенькой синей ладе, слегка прихрамывая на правую ногу — до сих пор сказывалась давнишняя, произошедшая  еще в молодости, авария.
     Милана подошла к серой массивной двери бокса, вставила ключ в замочную скважину и повернув его два раза, дернула за ручку.

     На нее пахнуло прохладой и специфическим запахом красок и растворителей. Дядя  занимался рихтовкой и покраской машин.

     Встав примерно в центре просторного помещения, заставленного дорогими иномарками и стеллажами с инструментами у стен, девушка закрыла глаза и вошла в состояние осознанности.

     Она ощутила ПРИСУТСТВИЕ. Причем, не только в самом помещении, но и снаружи. Там явно что-то было. Выйдя опять на улицу и обойдя здание, Милана подошла к заросшей высокой сухой травой, но хорошо просматривавшейся, воронке от снаряда, о которой говорил ей дядя. Прямо над нею навис серый энергетический вихрь, основание которого было почему-то перекрыто — это выглядело, как загиб  шланга для полива, который не дает воде продвигаться. А вокруг нее, этой воронки — тени, много теней. Призраки. Погибшие когда-то солдаты и офицеры. Они ходили, общались между собою. Явно не понимая, что с ними что-то не так. Как будто были живы. Но почему они здесь? Почему не ушли, не развоплотились?

     Портал перекрыт. Вот  в чем дело.

     Дядя  говорил, что чаще всего необычные явления происходят именно в боксе. Значит, надо вернуться туда.



     Войдя опять внутрь помещения, Милана теперь четко увидела того, кто пугал  работников дяди Сережи и его самого. Возле белого мерседеса  стоял  чернявый паренек лет двадцати и смущенно улыбаясь, смотрел на нее. Аккурат с левой стороны, там, где сердце — красное небольшое пятнышко, четко видневшееся на  гимнастерке.
— Привет! Как тебя зовут? — спросила Милана у призрака нарочито весело.
— Меня? Михаил, а вас, барышня?
— Милана.
— Вам надо срочно уходить отсюда, Милана. Скоро может начаться бой. Из наших уже многие погибли.
— Бой? Он не начнется — война закончена. Мы  победили. Давно победили.
  Паренек посмотрел на нее недоверчиво.
— Девушка, вы какая-то странная…
— Нет, Миша,  не странная, это ты — мертвый. Уже давно. И тебе пора уходить. Почему ты здесь?
— Я — мертвый?! Этого не может быть! Мне всего восемнадцать лет. Я жить хочу. Я маме обещал, что вернусь! Я ей никогда не врал!
— Понятно… Миша, ты не только сам не хочешь признавать очевидного — оглянись вокруг, неужели ты не видишь, как изменился мир? Ты еще и товарищам своим вредишь. Твое нежелание покидать этот мир перекрыло портал и вы все здесь застряли. Вам пора уходить. Давно пора.
— Нет! Вы просто сумасшедшая. Я не верю!
— Как знаешь.
  Милана устало покачала головой.
— Я не верю вам.
— Миша, ты упрямый, слишком. Оставаться здесь или нет — твой выбор, я на него повлиять не могу. А вот остальные здесь ни при чем. Я иду восстанавливать проход между миром живых и мертвых. Подумай хорошо и перестань дурить. Тебе пора уходить.
   С этими словами девушка  с решительным видом вышла на улицу и направилась к воронке.

   Милана, сконцентрировавшись,  убрала «загиб», ибо нет в мире более мощной энергии, чем сила намерения и вихрь, сделавшийся ровным и почти белым, начал «поглощать» тени погибших одну за одною. Солдаты сами заходили в него, словно слышали только им предназначенных зов. Юного Михаила среди них не было.

  Вот упертый.

  Милана оглянулась и увидела знакомую широкоплечую фигуру погибшего мальчика, который мрачно смотрел на то, как его товарищи покидают этот мир один за другим.

  Вдруг, из белесого туманного вихря вышла сухонькая невысокая женщина в белом платочке и сером простом платье в мелкий цветочек.

— Мишенька, сыночек! — позвала она солдатика.
— Мама!

  Парень бросился к своей маме и крепко ее обнял.

— Я тоже войну не пережила, сынок. А потом смотрю — нет тебя ни среди живых, ни среди мертвых. Вот и осталась тебя ждать. А отец с сестренками, они давно ушли. Пойдем и мы, сынок, к ним. Не место тебе здесь. Отжили мы свое, отмучились.
— Хорошо, мам… Я ведь обещал… Вот так все и вышло поэтому…
-Ничего, Мишань, ничего. Пойдем. Там хорошо. Там боли нет и смерти нет. Там нас ждут.

   Обнявшись, мать и сын скрылись за туманной завесой, разделяющей мир живых и мертвых.

    А Милана не могла поверить глазам — перед тем, как выполнивший свое предназначение портал исчез, в нем показался еще один человек. Ее умерший год назад отец.

    Он смотрел на нее и ласково улыбался.

— Доченька, я люблю тебя.
— И я тебя люблю, папочка.
— До встречи…

   Все исчезло. Только сухая трава  покачивалась от легкого ветерка, тщетно пытаясь скрыть одну из ран, нанесенных самой страшной войной.

   Это был Родительский день 2021 года…

автор Марина Ермолова-Буйленко

Нажав на рекламу вы помогаете развитию сайта. Спасибо!