Курортный роман

Курортный роман

Всякий раз, когда заходила речь о предстоящей поездке на морской курорт в Геленджик, мой муж Семён Эдуардович Прохоров, в быту просто Сёма, морщился и хихикал, словно его одновременно щекотали со всех сторон сто тысяч пальцев. Похихикав с минуту, он начинал поглаживать себя по интимным местам и корчить забавные рожицы, будто выступал перед целой толпой поклонниц, только и ждущих, когда с него упадёт последняя тряпка.

Внешностью Сёму Бог не обидел, да и ума у него была целая палата. Но как это не прискорбно звучит, от таких палат часто теряются ключи. Иногда мне даже казалось, что мой муж никогда не имел ни одного ключа или потерял их ещё в далёком детстве. Вот и сейчас он кривлялся по-клоунски, видимо, для того, чтобы заставить меня заранее ревновать к будущим победам на любовном поприще.

Сборы протекали весело. Сёма то и дело что-то выкладывал из чемодана и потом заново в него запихивал, меняя местами рубашки и брюки, залазил руками в причинное место, словно проверяя боеготовность своего детородного органа. Наконец, он утомился и удовлетворённо произнёс:

– Ну, вот. Кажется, готово. Завтра прямо с утра сбегаю в парикмахерскую, потом к Мишке в качалку часика на полтора-два, а вечерком быстренько пробегусь по магазинам. Может ещё чего прикуплю в дорогу, чтобы на море не тратить ни время, ни деньги. И не надо так на меня смотреть, а то дырку просверлишь, – в заключение своей речи он раскатисто хохотнул и помахал перед моим лицом растопыренными пальцами.



Ужасно захотелось треснуть его по голове и сказать что-нибудь особенно гадкое. Но, поскольку, я воспитывалась в профессорский семье, где всегда царил мир и покой, то мне всё же удалось не произнести ни звука. Розовые очки уже давно упали с моих глаз, и я прекрасно осознавала, что не такой уж идеальный мой супруг, как это мне казалось лет пятнадцать тому назад.

Что-то менять в своей жизни было уже поздно, тем более что у нас росли трое детей, два мальчика и лапочка дочка двух лет от роду. Мальчишки очень любили своего отца, принимая безоговорочно всё, что он иногда вытворял. Например, только сегодня он громко отрыгнул во время обеда, демонстрируя тем самым полное отсутствие абы какого уважения к сидящим за столом и игнорирование элементарных правил этикета. Меня прямо-таки подбросило в воздух, а наши сыновья радостно захлопали в ладоши и, подражая отцу, начали дружно отрыгивать, выкрикивая по очереди:

– Мама, посмотри, как я умею! Совсем, как папа! Настька, делай, как мы!

А с Сёмы, что с гуся вода. Похохотав вместе с мальчишками, он смачно икнул и вполне удовлетворённый вышел из-за стола. Он и раньше отмачивал всякие хохмочки, несмотря на присутствие детей. Если бы я взялась записывать все его «подвиги», то вряд ли обошлось одной тетрадью. И сегодняшняя выходка, думаю, была далеко не последний.   

К длительной поездке мужа на морское побережье у меня было двойственное или даже тройственное отношение. С одной стороны, я была рада за Сёму, выбившего бесплатную путёвку в один из самых лучших санаториев Геленджика. Несмотря на молодость, его здоровье оставляло желать лучшего и, как ни крути, требовало медицинского вмешательства. С другой стороны, мне придётся самостоятельно вести домашнее хозяйство, не рассчитывая на постороннюю помощь. Настенька была мала и пока ещё не осознавала свою женскую сущность, а мальчишки только и знали, что играть в стрелялки, да бегать по дому в поисках приключений и любимых вкусняшек.

До сегодняшнего дня я абсолютно спокойно относилась к поездке моего мужа и даже глазом не моргнула, когда он по обыкновению начал вытворять, чёрт знает что (простите, вырвалось невзначай), со своими гениталиями. За совместно прожитые годы я уже начала привыкать и к его прибабашному характеру, и к непреложной супружеской верности. Мне даже и в голову не могло прийти, чтобы мой чистоплотный и скуповатый Сёма станет обжиматься по кустам с продажными девицами или поведёт длинноногую красотку в ресторан на семейные деньги.

Не зря говорят, что нужно жить своим умом и никогда не слушать сплетни обиженных судьбой женщин. Чёрт (снова простите) меня дёрнул поделиться семейной радостью с соседкой Риммой Карловной, брошенкой лет сорока пяти. Едва услышав, куда едет мой муж, она тут же начала кудахтать, как настоящая курица (простите, цитирую дословно):

– Галочка, и как же ты могла позволить родному мужу остаться без догляда целый месяц? И за меньшее время мужики слетают с катушек и сбегают от порядочных жён ко всяким потаскушкам и стервам. Была бы моя воля, я бы их всех держала под замком, отпуская только на работу. И чтобы всегда знать, где они ходят и что делают. А ещё лучше, если бы х** можно было забирать у них, пусть бы попробовали без него ***довать. И никакие бы девки их не смогли охмурить. Вот мой козёл, даром что полтинник стукнуло, а тоже туда же. Не зря ведь говорят: седина в бороду, бес – в ребро.
Представляешь, Галочка, ведь ***рвился-то он именно в Геленджике, куда едет твой благоверный. Зря ты его так запросто отпускаешь. Захапает его какая-нибудь молодка, вот тогда и завоешь белугой. Подумай, кому ты нужна будешь с тремя-то детьми?

С чувством выполненного долга Римма Карловна поспешила в парк, куда с некоторых пор она стала ходить, как на работу. Наманикюренная, накрашенная, приодетая по последней моде женщина не оставляла надежды найти для себя пожилого мужчину, не обременённого ни семейными узами, ни законными отпрысками, охочими до наследных денег.

Выслушав без единого звука свою разговорчивую соседку, я призадумалась. Да так глубоко, что не услышала, как подошёл ко мне мой Сёма. Стукнув меня по мягкому месту, чего он, несмотря на свой игривый нрав, никогда не позволял себе при посторонних, он радостно прокричал, подхватив меня на руки:

– Галчонок, а ну его к чертям, этот санаторий. Жарко там, ты же знаешь, что я не переношу жару, да и в воде сидеть не любитель.

Внутри меня загремел праздничный салют, но вслух я задумчиво произнесла:   

– Сёмочка, а как же твоё здоровье? Ведь не просто так дали тебе эту бесплатную путёвку? Когда ещё сможешь побывать на море?

– Не переживай за меня. Я уже эту путёвку сдал и взял в профкоме другую – семейную. Теперь мы все вместе едем в заводской профилакторий. Там можно будет и отдохнуть, и болячки заодно подлечить. И совсем не жарко.

Свои слова он подтвердил нежным поцелуем, чем меня поразил даже больше, чем недавним шлепком. Удивлённая до глубины души, я всё же сумела включить озадаченный мозг. Не может быть, чтобы мой муж, так долго мечтавший о море, вдруг ни с того ни с сего изменил своё решение.

Всё разрешилось поздно вечером, когда все улеглись на свои места. Сёма не отвернулся к стене, как он обычно поступал последние лет десять. Прижавшись ко мне всем телом, он участливо спросил:

– Галчонок, ты, наверное, устала с детьми целый день нянчиться? Давай завтра я пойду с ними в парк, а ты отдохни. Можешь в кино сходить или на концерт с Риммой Карловной.

Услышав имя своей соседки, я нюхом почуяла, что вот тут-то и была собака зарыта. Видимо, моему мужу она успела напеть какую-нибудь душещипательную историю, но только не о мужских романах, а о том, чем занимаются их жёны, пока те греют свои рога в Геленджиках.

С тех пор Семён Эдуардович словно повзрослел и прекратил свои чудачества. Хотя иногда мне так не хватает моего прежнего Сёмы, сорокалетнего оболтуса и домашнего хулигана. А всё несостоявшийся курортный роман…

автор Ирина Абеляр

Подддержите нас, поделитесь с друзьями или нажмите на рекламу!Спасибо)